national students project

Актуальні теми!

Вислови свою думку

Афоризм «Дня»

  • Пошук

Как там в Крыму?

Когда я переехала в Киев, мне говорили, какая я сильная – решилась на такие перемены, а я до сих пор задумываюсь: а не больше ли надо сил, чтобы остаться там и терпеть или даже сопротивляться всему тому, что происходит сейчас в Крыму, имея кардинально противоположную «ура-российской» точку зрения?
Меня часто спрашивают новые киевские знакомые, мол, как там в Крыму? И этот вопрос оказывается для меня каждый раз настолько сложным, что не хватает слов для описания всего того, что происходит у меня в душе, когда я приезжаю домой. Обычно я описываю свои ощущения от теперешнего Крыма одним словом – «дурдом». Но если сказать больше, то по-прежнему радует только природа, разноцветная, сказочная, как будто совсем не ощутившая перемен. Все остальное мне кажется предательским. Предательски из каждого второго (или третьего) дома торчит триколор, предательски на машинах развеваются оранжево-черные ленточки, предательски из киоска сапожника орёт «LifeNews», предательски не отвечает ни один старый номер друзей и знакомых, предательски смотрит на меня учительница по истории, чей взгляд мне всегда казался тёплым и родным. Хотя для нее предатели – мы – те ее ученики, которые не вернулись из Украины обратно в Крым (а многие ведь перевелись из киевских и одесских университетов в симферопольские, московские и питерские), и уж тем более, те, кто именно сейчас его покинул. Она искренне сожалеет, что не смогла наставить нас на путь истинный на уроках о фашизме и каждый раз с надеждой спрашивает, не передумала ли я насчет Украины. В родной школе теперь разговоры не про учёбу, а про то, что Америка и года не может прожить без развязывания войн то тут, то там, а «Жириновский нас защитит». Для учителей украинского языка проводят курсы переквалификации на учителей русского. В салоне возле дома парикмахерша теперь рассказывает не про своих одновременно четырёх ухажеров, а про то, сколько же проблем теперь навалилось на бедного Путина. Одноклассницы в «Инстаграм» теперь выкладывают себя не с цветочками от любимого, а на фоне российского флага с тегами #патриотка #крым #россия, и в геометку к городу теперь обязательно добавляют Россию. Мои бывшие одногруппники получают стипендии в порядке живой очереди наличными в кассах, а на парах им – будущим журналистам – в пример приводят «Бесогон» Михалкова и аналитику Киселева, хотя полгода назад я с этими же преподавателями писала курсовую по информационной политике программ «1+1» во время Евромайдана.
В Крыму теперь нет ни «Новой почты», ни «Укрпочты», а почта России «стоит» из-за шторма на переправе. Порт вымирает, а наш вокзал туристической (!) Феодосии теперь принимает только электрички из Владиславовки. Бабушке, у которой телефон без 3G (чтоб ловить сеть МТС), я теперь могу звонить только на городской телефон, а с друзьями общаться только в Интернете, потому что для удобства они поменяли номера на российские.
Там осталось большое количество людей с незатуманенным сознанием, тех, кому приходится смотреть украинские каналы через Интернет и на небольшой громкости, потому что через стенку всегда есть кто-то, кто за матушку-Россию готов на все. Им плохо, им тяжело, за них обидно.
Голда Грин,
специально для «Студентськой газеты»,
Феодосия