national students project

Актуальні теми!

Вислови свою думку

Афоризм «Дня»

  • Пошук

пока жива Игра, в которую ты пришла играть

Вік: 17
Де живете: сьогодні - Київ
Де навчаєтесь чи працюєте: Інститут журналістики
адреса: on.moon@mail.ru
Три факти про вас:
боюся годинників.
люблю розумних і божевільних людей.
якщо Богом виявився б Йосип Бродський, я б залюбки в нього віріла.

Поезія:
1.Сара. Черная королева

Я была - черная королева на шахматной доске.
У меня чьи-то голоса двигались в виске.
Я рисовала вечности на пустом песке,
том, который - время, втекающее в рукав.
Я была - неистовая река,
искрошенная на куски.
Все, кто не были мне близки,
жили долго и безболезненно.
Мир не знал никого железнее,
никого несчастнее,
мир не знал никого, кроме меня.
я была - разорванная на части,
я была закована в тридцать три ремня,
чтобы не упасть.

Меня звали Сара. Я была черная королева.
у всех людей сердце было слева,
у некоторых было - справа.
У меня была - пропасть.
Я была вся - пустая полость,
сквозная гордость,
весенняя изморозь.
Собирала из букв глаголы,
пока из сил не выбилась,
Пока не похоронила молодость,
пока с собой не увиделась.
лицом к лицу.

Я была черная королева, казненная на плацу,
собой же. больше никто не мог ко мне прикасаться.
когда всё случилась мне было каких-то двадцать,
у меня чертята внутри стонали и измывались
над железным небытием у меня в груди.
Я была - "Господи, пощади...
Не пощадишь? Оденься и уходи".
Мало-помалу.
Шагами чуточку семенящими.
Я была красивая и пропащая.
Дощатый ящик,
из которого не сбежать.

Мне было пять, меня била мать.
Я поклялась человечеству этого не простить.
Меня звали Сара. Мне хотелось выть
по пятницам в злостное полнолуние.
Каждое мое безумие
Срывало грани, крыши, крушило бетон на камни.
Я закрывала лицо руками,
и не плакала.
Я была - черная королева.
Покрытая пудрами/лаками.
И во мне ничего никогда не болело,
кроме себя самой.

Я была - чей-то сбой,
чей-то грех Господен.
мой внутренний мир был тысячей преисподен,
Живая вроде.
одна в своем роде.
одна в своем черном городе.
в липком белом холоде
кого-то ищет и не находит.

Меня Звали Сара. До шестого числа.
Шестого года. Красивого февраля.
В тот день я ждала своего первого нежного короля
на грязных ступенях в глухом подъезде.
Страшно было везде.
В моей пропасти что-то билось так быстро,
что она, выдохнув, остановилась.
И больше не завелась.
Теперь я - лишь прах и грязь.
_______________________________________________
Но который, черт возьми, живее всей моей жизни.
***** 2. Кошка знает что говорит. Послушай кошку.

Шофер, трогай.
Трогай.
Трогай колесами рельсы в Ад.
Расширяй дистанцию,
танцуй колесами танцы
и по инерции -
ни рывка назад.
Ни единой открытой дверцы
в ротовой полости
твоего поезда.
Прорасти
вагонами в железную колею,
чтобы проглотить жизнь,
которую я жую,
сидя на полу в тамбуре.
В этом жутком таборе
людей, бегущих прочь.
Кошка дышит в ночь
на одном из вокзалов
за моим окном.
Кошка мне сказала,
что вчерашний гром
был последний гром.
В глотку льется ром,

и я больше не останавливаюсь,
выбивая воспоминания топором.

Шофер, трогай.
Выдергивай из меня километрами в час
всю эту дурь, выбрасывай на дорогу.
Кошка, сидящая на пороге
говорила: никто не простит нас.
Никто не убьет нас,
на арене трасс -
у нас больше нет настоящего.

Если я, дружок, не сыграю в ящик,
не стану уродом пьющим -
превращусь обязательно в свет горящий,
дефицитный, недостающий,
древнеюще пыльный.
Растворюсь в кадрах/кедрах/
милях/
ведрах
Водителях, пешеходах -
в жизни.
Заброшу к чертовой матери мысли,
если.
____________________________________

Шофер, трогай.
Меня здесь слишком много.
Мне здесь будет смерть.

кошка говорила, что лучше
всю жизнь догонять ускользающую дорогу,
чем остаться и затвердеть.

***** 4. Начиталась Бродского - чуть не умерла от безысходности

Какой это жесткий мир, господи.
Страшно вздрогнуть
даже.
Страшно услышать в своей мягкой поступи
чей-то коготь,
вступить в сажу.
Как же тут все извращенно налажено.
как тут каждый день ничего не важно.
Черт, куда здесь смотреть нежно?
Прилежно
расти. спокойным, благоразумным
как? Если я - Везувий,
во мне - огонь. После меня мрак.
Я ваш хищный враг,
я заманиваю вас в ад, товарищи.
Мы все - армия сладостно умирающих.
Какой это жесткий мир.
Какой жесткий.
И вот просто
просто уничтожить все скрытое,
разбить корыто
на счастье - как по примете.
все равно вы меня не примете.
Я закрыт в ледяной комете,
я лечу,
я свечусь,
вы меня не видите.

Какие твари, господи, живут,властвуют,
когда ты тут ласты
отбрасываешь
жрешь из пакетов пластиковых
свой воображаемый завтрак,
выпускаешь из себя дымом.
Как становишься нелюдимым.

Как ступаешь в свои мгновения,
словно в лужи.
завтра будет хуже,
будет хуже, господи,
завтра мы станем взрослыми,
станем взрослыми на колени,
и тогда уж вовсе
ничего больше не выкрикнем,не попросим,
ибо это жесткий мир,в нем ничего не важно,
все сплошная блажь.
мы поймем это тверже, четче.
И никто не влепит пощечину
звонкую,
и ничего не скажут
динамики ли, колонки,
перепонки отвыкнут от звуков,
пусто будет в снах,
и мы опустим руки
руки в длинных смирительных рукавах.

Кто здесь санитар нам,Господи? Санитар нам Время.
Систематически из поколения в поколение
искореняя род человеческий,
льет по венам вакцины.
господа, это жесткий мир, вам ловить здесь нечего,
его законы непобедимы.

__________________________________________________
__________________________________________________

Какой это жесткий мир, господи.
Пустая
мертвая
большая площадь.

Только вот я больше, господи.
Только вот я - жестче.

***** 5.Не дай мне сделать Stop

Не дай мне сделать Stop в узлах водосточных труб,
не дай мне коснуться губ
сухих, сжатых намертво - не мои они.
не дай дотронуться до её имени
дождями холодными зимними.
Пальцы мне наизнанку выверни,
чтобы больше ни буквы в сторону.
чтобы теперь- нежарко, не холодно.

Не дай мне сделать Stop посреди её белого города,
в воде стеклянной реки, от девичьих слез мутной
ни на минуту.
Умоляю.
Не дай мне вскрикнуть, не потеряй меня,
о, моя большая вселенная, воющая по-волчьи.
Я сделаю все, что захочешь.
Сделай перекресток параллельными линиями,
от неё подальше гони меня
своей слабой, но все же магией.
Не предавай меня,
сумрачная тоска,
пальцами длинными дО смерти заласкай.
только бы пережить мне прошедший май,
застрявший в глотке.
Уноси бурями мою лодку от её лодки,
Чтобы выдержала проводка,
на огромные и бессвязные километры,
так, чтобы никакие ветры -
никаких писем.
Подними её в эти дикие выси,
до которых мне не дойти.
Искромсай все мои пути,

чтобы не сделать мне Stop
глубоко у неё в зрачках.
Чтобы не вздернуться мне в скачках
температуры, пульса, давления.
чтобы не падать мне на колени
не идти, идиоту, на преступление
по трупам весенних
месяцев.
Не дай мне сделать Stop посреди чертовой околесицы,
которую набираю, маскируя её под текст.
Не дай коснуться небес
её в своих ладонями.
не дай себя снова наполнить
пустыми иллюзиями

не дай прийти заново в её дом,
для меня стянутый льдом,
и смеющийся ритмом блюзовым,
наглой музыкой,
над моей детской фатальной драмой

____________________________________________________

Моя большая вселенная,
пустая самая,
не дай мне сделать Stop.

Я хочу выйти на другой остановке.

***** 4. первое киевское

Я кажусь себе смертником. Лет с одиннадцати.
И это однозначно не повод хвастаться.
Я кажусь себе смертником, клоуном, проходимцем
По ночам в страстную пятницу.
Я кажусь себе буквенным алкоголиком, проще – пьяницей,
что тянется за словом как за бутылкой.
Когда город дышит в затылок мне,
Или солнце выло,
А я все слышал.
Это все похоже на высшую
совершенную степень безумия.

Утро бывает пылким.
Рассвет меня раззует.
если ты знаешь, о чем я -
пиши мне, я увезу тебя,
пиши. и держись за мое плече.

Я кажусь себе не жильцом, когда особенно горяче,
кривишься, как от пощечины,
как от щелочи,
растекающейся внутри.
И кто-то ласково говорит:
- Девочка, милая, не кури,
умрешь.
А ты глотаешь всю эту ложную
вежливую заботу,
говоришь искренне - да гори
оно все огнем
и уходишь. в дрожь.
будто делаешь ход конем.
будто знаешь, кто ты.
будто мир существует, и ты существуешь в нем,
веря в собственное существование,
создавая в себе полноты.

Я кажусь себе эпизодом чьего-то слезного расставания,
так тосклива суть моя.
благо, ни иисус, ни аллах не судьи мне,
ибо ни к черту судьи мне.
говорят, что для бога весь мир - как большая студия,

___________________________________________________

мои рифмы - и мир, и студия,
я сегодня бог.
***** 6.Вирус

Туда, куда не дотекает помада,
не долетают яркие фейерверки.
где рамки и мерки
- недействительны.

Я становлюсь носителем
опасного вируса.
Я из той стаи, где плюс на минус
дает взрыв.
Я погибаю, взвыв.
Я загибаю пальцы - веду отсчет.
Сегодня утром время из нас течет -
танго пугающих скоростей.
Холодно. Холодно до костей.
Атомы жалости на холсте.
Только бы.. Ты приходи в гости..
Тебя так яростно ждут
сквозняки моей теплой пропасти,
жгут
все чужие масти.
Больше никто не может сюда попасть.
День раззявляет пасть,
утро пускает дым
туда, куда не дотекает помада,
не доползают вечные льды.
и никогда не придешь ты.
тебе не надо.
Ради всех святых
и строящих их себя святых,
сделай так, чтоб огонь потух
в солнечном сплетении.
Сломай ветви у этого разветвления,
бей его под дых.
уничтожь меня вслух.
Уничтожь целое поколение
сумасшедших рифм.
сломай цепи о риф,
чтобы брызги фарфора
занесли, словно снег,
перекрестки и светофоры.
Целый город.
Всех.

Туда, куда боятся соваться шайки
сильнейших сей планеты -
в разорванные куплеты,
прибрежных звуков.
в мою теплую яму,
в твои редкие руки.
в это жуткое лето.
Туда, куда не разрешает ходить мама,
куда вы сами не ступите, не включив света.
Гордые борзые дети с девственными коленками,
толстыми пленками
на глазах.

В наш мир, где не действую тормоза.
А рану, чтоб не текло, нужно облизать.
И чтобы не выть, нужно заткнуть колонки,
закрыть занавески, зарыться в кошачью шерсть.

И не лезть
туда, где пахнет мгновенной
смертью, ставшей пред тобой на одно колено,
вытирающей с губ помаду,
не трогать двери ада,

не упасть в твою юбку.
***** 7.пока жива Игра, в которую ты пришла играть.

Шепот искалеченных, шепот избранных -
бензином наполненные канистры.
Впивайся остро, убегай быстро
под аплодисменты прицельных выстрелов.
Ты не выстоишь, как и любой из нас не выстоял,
но можешь притвориться, что ты не падала.

Мир кашляющий. Жизнь, дышащая на ладан.
Боль, которая, будучи ничем не оправданой,
станет тебе безмолвным тягучим адом.
У ада будет имя, что говориться только вполголоса,
а тебя будет швырять и бить о стенки космоса,
будут изгибаться, плясать кривые полосы
на твоих руках.
но ты можешь притвориться светом далекого маяка,
случайной звездой, огнем затихшего уголька,
глупой мыслью полнейшего дурака,
живой девочкой - да кем хочешь, дура.
Мир, дымящийся дикой температурой,
укажет место.
Ты выполнишь себя, кротко, бесприкословно,
станешь, если он пожелает, слепой невестой,
кем-то, пропавшим без вести,
вольтом крестовым,
самой страшной, самой тяжелой местью.

Ты можешь перечить, плакать, пить как дегенерат,
можешь грызть пальцы в кровь, прижигать, орать,
только никуда не денешься, пока будет жить Игра,
в которую ты пришла играть.
Ад, который сложется, может быть, в номера
телефонные,
наплюет на твои железные, мол, законы
выстраданные
и сожрет тебя изнутри - гудками-искрами,
под апплодисменты прицельных выстрелов.

Так играются главные роли, маленький. Такие нынче цены.
Так платят за свет, наведенный на угол сцены,
на которой ты голая, грязная, пошлая, в дерьме по колено,
выкрикиваешь красивые монологи.
так развлекаются наши боги -
такие ослепительные они смотрят зрелища,
подбрасывая огня, чтоб плясала резче,
чтобы контрасты пожестче, иголки в плечи,
чтобы жизнь вроде бы похожа на человеческую.
Зачем.? - Что ты. Какие причины, солнышко?
Процесс - боль. Итог - выпитые до донышка.
Когда тебе двадцать, а ты то куришь, то стонешь,
у тебя то одышка, то вбитые в спину колышки,
выдаваемые тобой за крылышки.
Сплошные перегибы. Одни излишки.

Шепот искалеченных, но безсовестно выживающих -
хвост кометы тающей.
Сплошная околесица. Боль, которой мы дружно травимся.
Все, что ты можешь - притвориться, что тебе нравится,
___________________________________________________
и тогда ты еще немножечко полетаешь.
На радость благодарной публике.